Нарратив и тезаурус

очень созвучно... и как раз очень интересные точки и направления для культурно-специфичного "пересочинения" нарративного подхода, кажется мне.

Насчет "самостроительства": один из акцентов нарративного подхода - на том, что "автором" доминирующих проблемных историй в жизни человека является как бы не сам человек, а транслируемые социумом дискурсивные предписания, эталоны и нормы. Но человек их часто не распознает как нечто "чуждое" и не распознает как "одно из возможных описаний мира с определенными последствиями", а считает единственно возможной истинной реальностью, которой он не соответствует, следовательно, в том или ином смысле урод. В нарративном подходе идет "распаковка" этих предписаний и поиск предпочитаемых человеком альтернатив. Если человек готов принять такую позицию, тогда и осознанная самостоятельная работа со своими историями возможна. Если нет, есть риск, что человек будет воспроизводить и укреплять проблемную историю.

Майкл Уайт, один из основателей нарративного подхода, утверждал, следуя представлениям Л.С. Выготского, что человек способен совершить поступок в соответствии с собственными принципами и ценностями только тогда, когда эти принципы и ценности разработаны им до уровня истинного понятия. Т.е. не завязаны на конкретную ситуацию, а переносимы из одной ситуации в другую. Можно сказать, что мы берем слово обыденного языка, не наполненное личностным смыслом, например, "честность" - абстрактную этическую категорию, и вначале работаем над тем, чтобы это слово наполнилось конкретным ситуативным содержанием, т.е. стало псевдопонятием. "Расскажите, у кого и в каких ситуациях вы научились тому, что честность может быть важна в жизни". Нам необходимо собрать как минимум две-три ситуации, в которых проявляется и воплощается честность. "В какой ситуации честность оказалась спасительной для вас или для других людей, или открыла вам какие-то важные возможности?" Человек проговаривает, т.е. осознает и актуализирует для себя различные аспекты честности, и при этом у нас есть последовательность событий во времени, объединенная темой, т.е. - история, нарратив. У этой истории есть сюжет, определенная устремленность и момент движения. Слово "честность" обретает для человека чувственную наполненность, теперь он может "войти в контакт" с тем, что для него значит честность, и ответить на вопрос о том, что может произойти в ближайшем будущем, если во взаимодействии с тем или иным человеком будет больше честности? И какие шаги можно предпринять, чтобы в нужный момент мочь быть в контакте с честностью?"
Это к тому, что расспрашивание о конкретных эпизодах нужно для того, чтобы от абстрактного слова "взойти" к конкретике псевдопонятия и к "свернутому" состоянию истинного понятия. А энциклопедия себя - это сеть индивидуальных для человека "истинных понятий", подаваемых не в "синтагматической", исторически-последовательной форме, а в "парадигматической", срезовой, пространственной, а не временной. Для того, чтобы заниматься осознанным самостроительством в парадигматическом модусе, требуется очень высокий уровень рефлексии и осознание того, что, по Фуко, знание=власть, и у описания своего "личного кода" есть определенные последствия.

Значит, в нарративном подходе всё-таки принципиальна последовательность событий в рассказываемой истории? А если человек не мыслит свою жизнь в виде повествования?
Мне так кажется, что нельзя так «разорвать» парадигматику и синтагматику. История предполагает некую структуру, возможно не изнутри, а со стороны внешнего наблюдателя. Парадигматика (согласна, что это более высокий уровень рефлексии) всё равно не есть некая застывшая система, если это живой человек, а не написание «энциклопедии» уже ушедшего.., то присутствует интенциональность хотя бы. А я то это так увидела, что через это написание биограмм (не просто абстрактных понятий: «Честность», Справедливость», наверное, любое понятие можно «заземлить»), а выстраданных, личностно-значимых для человека точек, на которых и происходит его возрастание, т.е. вся это система имеет процессуальность некую. Причём веер этих возможных линий движения будет увеличиваться, поскольку одно «понятие» ведёт за собой другое.
А, если мы предлагаем извне эти понятия, не получается ли так, что одни дискурсивные предписания мы заменяем на другие, менее явные? Мне-то как раз показалось, из тех примеров, что были на семинаре, что Майкл Уайт выявляет некие внутренние концепты, дающие энергию движения человеку, а потом называет их словом.
Вообще, было бы очень интересно додумать это и попробовать такой проект запустить, типа отбираются 20 наиболее общезначимых тем, пишутся биограммы, а на каком-нибудь сайте создаётся «банк» - (Википедия, но не информационная, а личностно-знаниевая проблемная))). Какие-то статьи могут быть единичными. Но это ещё додумать надо;-)

последовательность не принципиальна, в смысле, линейно-хронологическая, порядок. в ходе расспрашивания эти события могут появляться в произвольном порядке. Но если удается ухватить "момент движения" истории, чтобы она "набирала обороты", и спроецировать ее в будущее, то это большой плюс.

Насчет "если человек не мыслит свою жизнь в виде повествования": можно выделить несколько уровней обобщения в самом понятии "история" или "повествование". Макроуровень - это так называемый "я-нарратив", или идентичность как жизненная история (Д.Макадамс, Э.Херманс-Янсен). Средний уровень - истории отдельных "Me", т.е. образов человека-как-героя-истории (у каждого человека их сосуществует несколько, т.к. они достаточно противоречат друг другу), объединенные различными темами (про это мы разговаривали с Майклом Уайтом). Микроуровень - это "объединение событий в последовательность, объединенную темой и сюжетом". На уровне "король умер, вслед за ним от горя умерла и королева", или "в зоопарке я очень хотел погладить слона, но мама меня не пустила".
Не все люди мыслят свою жизнь в виде я-нарратива, и не все ученые и практики согласны с тем, что подобный макро-нарратив существует. Истории среднего и микро-уровня признают все, и нарративный подход Уайта имеет дело именно с этими уровнями. Основная презумпция нарративного подхода в том, что для осмысления какого-либо события людям необходимо вписать его в историю - т.е. в структуру, где есть мотивированный герой, стремящийся достичь какой-то цели и использующий различные препятствия на пути к цели. Истории - основной способ передачи знания в любых культурах. В бесписьменностных культурах - это вообще единственный способ хранения и передачи знания.

Парадигматический модус самопознания и самосозидания возможен только в культурах, очень глубоко интериоризовавших не только технологию письма, но и технологию печати. Каждый человек в современной культуре насколько-то сопричастен устной культуре, а насколько-то - письменностной. Нарративный подход Уайта в каком-то смысле оживляет и восстанавливает определенные практически "вышедшие из употребления" аспекты устной культуры, и уже с этой позиции переосмысливает использование письменного слова.

Спасибо за такой подробный ответ! Конечно, интереснее всего уровень Я-нарратива. А с ним как работают? И ещё вопрос: как Вы для себя определяете границы нарративного подхода?
P.S. мы уезжаем на 2 недели в труднодоступные для Интернета места, так что отвечать буду с задержкой))

Мне как раз уровень я-нарратива наименее интересен, потому что я считаю, что "этим пусть занимаются биографы", в том смысле, что единый жизненный нарратив, имхо, возможен, да и то с натяжкой, только после того, как человек больше не живет. Хотя опыт подсказывает, что некоторые жизненные истории продолжают ветвиться и перестраиваться даже после смерти физического тела того, о ком речь.

Один момент, когда представления о целостном я-нарративе оказываются полезными - это в ситуации значимого жизненного выбора, например, выбора профессии или спутника жизни. Хотя и тут не все однозначно. О методиках работы в подобных случаях писали Марк Савикас и Ларри Кочрэн, я что-то читала, но так как мне не было прицельно интересно, я с ходу не воспроизведу.

Насчет "как я для себя определяю границы нарративного подхода".
Нарративный подход - постмодернистский. Всё, что полагает наличие единственной познаваемой объективной реальности и правильного способа ее познания, и, соответственно, наличия "экспертного знания" об устройстве мира и человека, вне зависимости от культурно-исторического контекста, не является нарративным подходом.

В основе нарративного подхода лежит метафора нарратива, истории, как она полагается в первую очередь в работах Джерома Брунера, и метафора "бедного" и "насыщенного" описания Клиффорда Гирца. Нарративный практик занимает децентрированную и влиятельную позицию. Если в центре другая метафора и/или практик занимает иную позицию, это не нарративный подход.

В нарративном подходе можно выделить три позиции в коммуникации: рассказчик, интервьюер, свидетель. Если выделяются другие позиции, в меньшем количестве, и речь идет о "диалоге", это не нарративный подход.

и еще я не поняла, откуда взялась идея, что мы предлагаем эти понятия извне?.. возможно, из моего примера в комментарии не было понятно, но мы берем то описание, тот термин, который предлагает сам человек. Если у него не хватает слов, мы можем ему предложить на выбор несколько и через это помочь ему найти подходящее для него описание.

Майкл Уайт бы сказал, что он не выявляет "внутренние" концепты (существующие заранее), но что эта реальность конструируется говорящим совместно с ним в акте именования.

Насчет "запустить такой проект" - это получается своего рода коллективная импровизация, у Михаила Наумовича много таких проектов в категории InteLnet, можно погуглить и посмотреть, что уже есть, а что будет новым.